Compras En Línea

Más gente que nunca antes en la historia está de compras online.In este artículo, vamos a echar un vistazo a las ventajas de las compras en línea, y los beneficios de la compra de artículos en la Web.

Skip to: Content | Sidebar | Footer

Zarakh Iliev

24 abril, 2017 (15:05) | Sin categoría | By: admin

Zarakh Iliev Bension (born 8 September 1966 in Krasnaya Sloboda, Azerbaijan Soviet Socialist Republic, USSR) is a Russian billionaire property developer.

Zarakh Iliev was born in Azerbaijan.

Together with his business partner, fellow Azerbaijani God Nisanov, Iliev started by building markets near metro stations in Moscow and later turned these into shopping centres in the early 1990s. They later diversified into building hotels in Moscow and elsewhere in Russia and have real estate totalling 14 million square feet. For example, they acquired the Lotus City shopping centre in suburban Moscow in 2013.

Nisanov and Iliev own the Radisson Royal Hotel, Moscow and the Radisson SAS Slavyanskaya Hotel in Moscow. In 2005, Nisanov acquired the Radisson Royal Hotel youth team football jerseys, Moscow clear thermos, a luxury hotel formerly known as the Ukrainian Hotel and commissioned by Joseph Stalin, for £59 million during an auction.

He is married with two children and lives in Moscow, Russia.

Share This:

The Book of Urizen

24 abril, 2017 (10:41) | Sin categoría | By: admin

The Book of Urizen is one of the major prophetic books of the English writer William Blake, illustrated by Blake’s own plates. It was originally published as The First Book of Urizen in 1794. Later editions dropped the “First”. The book takes its name from the character Urizen in Blake’s mythology, who represents alienated reason as the source of oppression. The book describes Urizen as the “primeaval priest” and tells how he became separated from the other Eternals to create his own alienated and enslaving realm of religious dogma. Los and Enitharmon create a space within Urizen’s fallen universe to give birth to their son Orc, the spirit of revolution and freedom.

In form the book is a parody of the Book of Genesis toothpaste dispenser as seen on tv. Urizen’s first four sons are Thiriel, Utha, Grodna and Fuzon (respectively elemental Air, Water, Earth, Fire, according to Chapter VIII). The last of these plays a major role in The Book of Ahania, published in 1795.

In autumn 1790 Blake moved to Lambeth, Surrey. In the studio of his new house he wrote what became known as his “Lambeth Books”, which included The Book of Urizen. In all these books, Blake completed their design composition, their printing and colouring, and their sales from that house. Blake included early sketches for The Book of Urizen in a notebook containing images created between 1790 and 1793. The Book of Urizen was one of the few works that Blake describes as “illuminated printing” glass bottles wholesale, one of his colour printed works with the coloured ink being placed on the copperplate before the page was printed.

The Book of Urizen was printed from 1794 until 1818 and was larger than his America, A Prophecy. Only eight copies of the work survive, with many variations between them of the plate orders and the number of plates. All the surviving copies were colour-printed.

The story deals with a struggle within the divine mind to establish and define both itself and the universe. It is a creation myth that begins before creation:

The creator is Urizen, a blind exile who was kept from eternity and who establishes a world that he could rule. As such, he creates laws:

However, Urizen suffers a fall when he creates a barrier to protect himself from eternity:

He is chained by Los, the prophet, from whom Urizen had been rent:

Los forges a human image for Urizen in the course of seven ages, but pities him and weeps. From these tears Enitharmon is created, who soon bears the child of Los, Orc. Orc’s infant cries awaken Urizen, who begins to survey and measure the world he has created. Urizen explores his world and witnesses the birth of his four sons, who represent the four classical elements. From these experiences Urizen’s hopes are crushed and his:

In response, he creates a web of religion, which serve as chains to the mind.

The Book of Urizen is a creation myth that is similar to the Book of Genesis. Blake’s myth surrounding Urizen is found in many of his works, and can trace back to his experiments in writing myths about a god of reason in the 1780s, including in “To Winter”. In the work, Urizen is an eternal self-focused being who creates himself out of eternity. This creation is taken up again in The Four Zoas with a primal man, Albion, being the original form. In this work, it is only Urizen, the representation of abstractions and is an abstraction of the human self. From himself he first divides unknown shapes that begin to torment him. He also turns against the other Eternals and believes himself holy. In contemplating himself, he is able to discover sins and records them in a book of brass that are a combination of Newton home meat tenderizer machine, the laws of Moses, and deism that force uniformity. The rest of the Eternals in turn become indignant at Urizen’s turning against eternity, and they establish the essence of the sins within living beings. This torments Urizen, who falls into a sleep, which allows Los to appear. Los’ duty within the work is to watch over Urizen, and Urizen is seen as an eternal priest while Los takes the position of eternal prophet.

Parts of the story were later revised in The Book of Los and The Book of Ahania, two experimental works. The focus on Urizen emphasises the chains of reason that are imposed on the mind. Urizen, like mankind, is bound by these chains. The point of both The Book of Urizen and the retelling in The Book of Los is to describe how Newtonian reason and the enlightenment view of the universe combine to trap the human imagination. In the Newtonian belief the material universe is connected through an unconscious power which, in turn design my own football shirt, characterises imagination and intellect as accidental aspects that result from this. Additionally, imagination and intelligence are secondary to force. This early version of a “survival of the fittest” universe is connected to a fallen world of tyranny and murder in Blake’s view.

The poem portrays Orc and his three-stage cycle, whose stages are connected to historical events, although the latter are removed in The Four Zoas. In the beginning is the fall of Urizen, the Satanic force, in a similar way to Milton’s Satan. Creation, however, was the fall. Urizen is the representation of abstraction, which is a passive and mental force disconnected from reality. Los, in the fallen world, enters the world as the fire of imaginative energy. However, he too falls and becomes mechanical and regular. Los is the creator of life systems and of the sexes, which leads to the creation of his partner Enitharmon. Eventually, human forms are created and Orc is born as an evolution of life.

Harold Bloom claimed that the poem “is Blake’s most powerful illuminated poem before the great abandoned Four Zoas and the epics that followed it.”

Share This:

Stuart Raper

22 abril, 2017 (14:57) | Sin categoría | By: admin

Stuart Raper (born 5 January 1965) is an Australian former professional rugby league player and coach. He has since become a sideline commentator for the NRL with Foxsports. He is widely known for his father being Rugby League legend Johnny Raper and he also is the only Cronulla-Sutherland Sharks coach to win the President’s Cup (under-21s) for the club in 1994 runners fanny pack reviews.

Raper originally signed on to play with the Cronulla-Sutherland Sharks in the early 1980s, and made his first grade debut at the age of 18 against the Illawarra Steelers in round 25 of the 1983 NSWRFL season. After a promising start to his first grade career he was never able to live up to his famous father’s shadow while at the Sharks and after only eight first grade games with them in three years, decided it was best to move on in an attempt to further his career.

Raper moved to England for the 1986/87 season and signed for Oldham. Raper made 31 appearances for Oldham in that season and scored 11 tries but his efforts didn’t prevent Oldham from being relegated from the 1st Division. He left the club at the end of the season.

In 1989 Raper signed on with Sydney’s Western Suburbs Magpies on a one-year deal with the club. His opportunities though were yet again limited and after only a mere five appearances for the season his contract was not renewed and his first grade career came to an end.

Stuart Raper played Loose forward/Lock, in Oldham’s 6-27 defeat to Wigan in the 1986–87 Lancashire County Cup Final at Knowsley Road, St. Helens on Sunday 19 October 1986.

After a brief playing career with both the Cronulla-Sutherland Sharks and the Western Suburbs Magpies Raper signed on to his first coaching role in 1994 with the Under 21’s Sharks side. Here Raper inherited an extremely talented side (featuring Adam Dykes, Geoff Bell and David Peachey) and with them excelled as he took the team to the clubs first President’s Cup in his debut season as coach.

Following his immediate success with the Under 21 side he was duly appointed as the new coach of the Sharks reserve grade side for the 1995 season. More success followed for Raper (as he inherited much the same side from his Under 21 coaching days) as after two seasons he was successful in coaching his side to the reserve grade title in 1996.

After a successful 1996 season at home with Cronulla, Raper was offered the head coaching role at English Super League club the Castleford Tigers and joined on 27 April 1997. At the start of 1997’s Super League II Castleford were seen by many as a team simply making up the numbers and few held hopes for their survival to avoid being relegated. Throughout the season they continually struggled large parts and in the end only just managed to avoid being relegated, eventually finishing tenth.

With a new season in 1998 many pundits predicted the Tigers would be one of the sides to face the drop down to National League One by the end of the season. With the odds stacked against Raper and his position continually under pressure after a poor first season he defied many odds by keeping his Castleford side near the top of the table for the majority of the season in which they eventually finished sixth.

The 1999 season saw Castleford continue their progress. The season started with the side missing out on the last Challenge Cup Final to be held at Wembley Stadium after a last-gasp score saw London Broncos knock the side out. The positive cup run continued into the league and Castleford ended the league season in the top 5. Raper masterminded the side past Wigan Warriors and local rivals Leeds Rhinos and took the Tigers within 80 minutes of the Grand Final at Old Trafford. They were knocked out in the last knock-out stage by St. Helens. The 1999 season still stands as the most successful for Castleford in the Super League era and because of it Raper is still highly regarded in the hearts of the club’s fans.

2000 was Raper’s last season with the Castleford Tigers and his performance somewhat mirrored their previous season as he yet again took his side to a finishing place of fifth and into the finals for a consecutive season. He took the opportunity to manage Wigan Warriors after not being provided with the finances he claimed were required to take the Tigers onto the next level. The club subsequently fell into decline and were relegated in 2005 – a fate that would have arguably come much earlier without Raper’s guidance.

At the end of another successful season in 2000 with his Castleford side Raper was offered the head coaching role at Super League giants the Wigan Warriors for the 2001 season.

His first season in charge at his new club proved to be a fruitful one for Raper as the Warriors finished second on the end of season table and made it all the way to the 2001 Super League Grand Final; although they ended up losing to the Bradford Bulls in a somewhat poor performance for the club’s usually high standards.

He remained with Wigan for a further two seasons in 2002 and 2003 where they finished a respectable third in both seasons though were never able to progress to the Final and obtain a Super League title in either. Raper did however enjoy his first piece of English rugby league silverware in 2002 when he took his Wigan Warriors side to victory in the Rugby League Challenge Cup. They beat non other than local rivals St. Helens, 21-12.

During the 2004 season Raper was called home to the Sharks and originally found himself as an assistant coach to then head coach Chris Anderson. Though before the season’s end he was called on to take the reins of their first grade squad.

At the start of his tenure at the Sharks, the former Cronulla pupil was given the task of rebuilding the club after they failed to make the NRL playoffs in 2003 for the first time in four seasons.

While Raper’s first season record after taking over from Anderson was modest, he and his coaching team dealt with several obstacles in 2004 and showed some classy football against the top sides.

2005 started very well for Cronulla and Raper, however, by the end of the season the Sharks had limped home into 7th place in the finals. This for slump coincided with playmaker Brett Kimmorley’s poor performance in Game I of the 2005 State of Origin series, and further poor performances after his axing from the representative side. The Sharks lost to St George Illawarra in the first round of the semi finals and were eliminated.

2006 was to be Stuart Raper’s final season at the club. Raper came under heavy criticism for the way he coached the side, mostly for his persistence with the Adam Dykes/Brett Kimmorley halves pairing, which many deemed to be unsuccessful soccer long socks. Raper was also criticised for not having a structured game plan as well as other questionable player selections. The season ended with a 10-game losing streak, including losses to a heavily depleted Brisbane Broncos side, as well as a second half capitulation at home against Penrith, where Raper’s team let in 20 points in 16 minutes to lose a seemingly un-losable game.

Ricky Stuart was appointed as Rapers replacement for 2007.

He now works as a commentator and analyst for Fox Sports.

Share This:

Mitridate VI del Ponto

22 abril, 2017 (12:36) | Sin categoría | By: admin

Mitridate Eupatore Dionisio (in greco antico: Μιθριδάτης Ευπάτωρ Διόνυσος, Mithridátes Eupátor Diónysos; 132 a.C. – Panticapeo, 63 a.C running gel holder.), noto come Mitridate il Grande (Μέγας Μιθριδάτης, Mégas Mithridátes) e chiamato nella storiografia moderna Mitridate VI del Ponto o semplicemente Mitridate VI, è stato un sovrano pontico, ottavo re del Ponto dal 111 a.C. alla sua morte.

È ricordato come uno dei più formidabili avversari della Repubblica romana, che costrinse a ben tre guerre mitridatiche, impegnando tre dei più grandi generali romani, Lucio Cornelio Silla, Lucio Licinio Lucullo e Gneo Pompeo Magno. Si dice anche che fosse il sedicesimo discendente di Dario il Grande di Persia e l’ottavo da quando Mitridate I aveva abbandonato la Macedonia e aveva fondato il regno del Ponto.

Figlio di Mitridate V (150-120 a.C.) e di Laodice di Siria; la sua data di nascita è motivo di discussione tra gli storici antichi: infatti, Strabone afferma che Mitridate aveva 11 anni alla morte del padre in una congiura (x. P. 477) e la sua testimonianza concorda con Appiano secondo cui il Mitridate divenne re nel 120 a.C. e morì a 68/69 regnando per 57; Memnone, invece, dichiara che fosse tredicenne e Cassio Dione sedicenne, quando salì al potere. La nascita (o il concepimento) di Mitridate sono associati ad una cometa (simbolo di sventura a Roma, ma di ottimo augurio tra i persiani), una cometa particolarmente grande e visibile fu quella del 135 a.C., ben segnalata da diverse fonti antiche anche non classiche, come gli annali cinesi (cfr. Il re veleno, Vita e leggenda di Mitridate, acerrimo nemico di Roma, Adrienne Mayor, Einaudi, 2010).

Non molto è noto della sua infanzia e giovinezza e talune informazioni giunte sono sospette. Infatti, secondo Giustino, la nascita di Mitridate fu accompagnata da una cometa e al momento dell’ascesa al trono, dovette subire gli intrighi e le congiure dei propri tutori (forse i medesimi che assassinarono a suo tempo il padre) ma che riuscì ad eludere le loro macchinazioni assumendo antidoti per premunirsi dai veleni e ritirandosi molto tempo nelle più remote regioni del suo regno per cacciare ed esercitarsi nel combattimento. Una seconda cometa annunciò la sua incoronazione (anche se probabilmente assunse il potere diversi anni dopo), questa cometa può essere associata ad un astro (anch’esso particolarmente visibile e nota alle fonti antiche) del 120 a.C. (Cfr. Il re veleno, op. cit.).

Oltre alle capacità ginniche, possedeva anche una considerevole cultura: da ragazzo, infatti, era stato educato a Sinope, ove aveva ricevuto la tipica educazione greca; era dotato di eccellente memoria, capace di parlare oltre 25 lingue e conosceva perfettamente ogni dialetto delle popolazioni del suo regno.

In ogni caso, qualunque credito si possa concedere a tali racconti, è certo che, una volta raggiunta l’età adulta, assunse di persona l’amministrazione del proprio regno mettendo a morte il fratello e la madre che fino ad allora aveva tenuto la reggenza del regno.

Non appena ebbe consolidato il proprio potere, Mitridate decise di espandere il proprio regno: consapevole che ad occidente i regni di Bitinia e Cappadocia erano sottoposti alla protezione romana, si rivolse ad est.

Dopo aver sconfitto e sottomesso le tribù barbariche stanziate tra il Mar Nero, l’Armenia e la Colchide, estese i confini del proprio regno fino alle popolazioni scitiche presso il fiume Tanais ottenendo notevole fama; infatti, Parisade, re del Bosforo, e le città greche del Chersoneso e di Olbia Pontica, si offrirono come vassalli e in cambio di assistenza di Mitridate contro i Sarmati e i Roxolani. Mitridate delegò il comando della spedizione ai suoi generali, Diofanto e Neottolemo, i quali ottennero un successo completo: condussero l’armata pontica dal Tanais al fiume Tyras, sconfissero i Roxolani, resero l’intera regione del Chersoneso Taurico tributaria del regno del Ponto e consolidarono la conquista con la costruzione di una fortezza, nota come “Torre di Neottolemo”.

Infine, alla morte di Parisade, Mitridate assunse la corona del Bosforo incorporandolo nei propri domini.

Mentre era impegnato ad espandere il regno, Mitridate non mancò di rafforzarne i confini stringendo alleanze con i paesi vicini, specialmente con Tigrane, re d’Armenia (cui diede la figlia, Cleopatra, in matrimonio) così come con le bellicose popolazioni dei Parti e degli Iberi.

Avendo ottenuto con tali conquiste notevoli risorse, decise di volgere le proprie attenzioni verso Roma con la quale esistevano da tempo forti dissensi: la repubblica, infatti, approfittando della minore età del sovrano, aveva annesso la provincia della Frigia che a suo tempo il console Aquilio aveva concesso a Mitridate V, e aveva invalidato il testamento del sovrano di Paflagonia, il quale aveva lasciato il suo regno a Mitridate.

In entrambe le occasioni, Mitridate non si oppose alle pretese di Roma ma presto assunse l’obbiettivo di sottomettere i regni asiatici che si erano posti sotto la protezione romana in modo da ottenere il dominio assoluto sul Vicino Oriente. Costante meta delle sue ambizioni, fu la Cappadocia, a quel tempo governata da Ariarate VI, marito di Laodice, sorella dello stesso re pontico: Mitridate, organizzato l’assassinio del cognato, tentò di reclamare il trono ma i Romani si interposero e lo costrinsero a rinunciare; stesso destino subì il quasi parallelo tentativo di imporsi come signore della Paflagonia.

In ogni caso, quantunque si fosse conformato ai rescritti di Roma, non rinunziò alla sua ambizione di unire al proprio regno gli stati circonvicini e non passò quindi molto tempo prima che Mitridate tornasse a volgere il proprio sguardo verso la Cappadocia. Infatti, dopo l’assassinio di Ariarate VI, la regina Laodice, sorella del re pontico, governò come reggente per conto del figlio minorenne e, per tutelarsi dalle brame del fratello Mitridate, stipulò un patto di alleanza con Nicomede II di Bitinia.

Mitridate infatti alcuni mesi dopo invase la Bitinia, costringendo Nicomede a ritirare le proprie forze dalla Cappadocia il cui sovrano, dopo un’iniziale collaborazione con lo zio, gli si rivoltò contro. Non visse a lungo: infatti, invitato il nipote ad una conferenza di pace, Mitridate lo fece assassinare e lo sostituì con uno dei propri figli, Ariariate; la nomina imposta dal re pontico, tuttavia, suscitò la rivolta della popolazione che depose il re straniero e restaurò il secondo figlio di Ariarate VI e Laodice.

Mitridate tentò di reagire: invase nuovamente la Cappadocia e sconfisse il rivale (che morì poco dopo) ma fu fermato dal Senato Romano che, nel 93 a.C., nominò a sua volta Ariobarzane. Mitridate, non potendo apertamente contestare la decisione di Roma, istigò Tigrane, re dell’Armenia, a deporre Ariobarzane che fuggì a Roma. L’anno seguente Silla, nominato pretore in Cilicia, restaurò Ariobarzane senza che Mitridate, il quale nominalmente continuava a professarsi amico dei Romani, facesse alcunché per impedirlo.

La pace sancita da Silla durò per meno di un anno: infatti, alla morte di Nicomede II, Mitridate contestò la successione del figlio, Nicomede III, appoggiò le pretese al trono di Socrate (figlio secondogenito del defunto) ed invase la Bitinia, costringendo Nicomede III a fuggire a Roma e a lasciare il trono al fratello minore. Non contento di ciò inviò un secondo esercito in Cappadocia e ne impose sul trono il figlio Ariarate, mentre Ariobarzane fuggiva a Roma. Su sollecitazione dei principi deposti, Roma inviò due legati consolari: uno, Marco Aquillio, fu inviato a trattare con Mitridate, l’altro, Lucio Cassio, assunse il comando delle truppe romane presenti nella Provincia d’Asia.

Dalle scarse fonti in possesso risulta estremamente difficile comprendere la condotta di Mitridate: infatti, sebbene sia stato appurato il suo desiderio di conquistare l’Asia minore ed egli fosse ben consapevole che le forze romane erano impegnate a sedare la Guerra Sociale, non si oppose apertamente a Lucio Cassio che così, alla testa di poche coorti, poté restaurare sul trono sia Nicomede (il cui fratello, l’usurpatore Socrate Cresto, fu presto messo a morte dallo stesso Mitridate) sia Ariobarzane.

Morto anche Nicomede III, salì al trono, Nicomede IV, un fantoccio manovrato dai Romani. Mitridate ordì una congiura per rovesciarlo, ma i suoi tentativi fallirono e Nicomede, istigato dai suoi consiglieri romani, dichiarò guerra al Ponto. Mitridate invase e marciò sull’intera Bitinia, guidando le sue truppe verso la Propontide. Egli, da fine politico, si mostrò come il campione della causa greca, l’unico che potesse riuscire a sottrarre gli Elleni al giogo romano. Non possiamo sapere se e quanto sentisse vera questa causa, e quanto invece non fosse mosso da semplice ambizione. Ad ogni modo, le città greche defezionarono in favore di Mitridate e lo accolsero come un liberatore sulla terraferma, mentre in mare la flotta pontica poneva sotto assedio i romani a Rodi.

Allora Tigrane II, re dell’Armenia, stabilì un’alleanza col Ponto, che fu rinsaldata dal matrimonio fra Tigrane stesso e la figlia di Mitridate, Cleopatra. I due sovrani si sarebbero supportati a vicenda nella incipiente guerra contro Roma.

Dopo aver conquistato l’Anatolia occidentale, Mitridate ordinò l’uccisione dei romani che si trovavano là. L’episodio, che è passato alla storia col nome di vespri asiatici, causò a Roma, secondo gli storici antichi (benché il dato sia certamente esagerato) ottantamila vittime. Durante la Prima guerra mitridatica, Lucio Cornelio Silla (tra l’88 a.C. e l’84 a.C.) riuscì a cacciare Mitridate dalla Grecia, ma dovette ritornare immediatamente a Roma. Dunque Mitridate era sconfitto ma non definitivamente battuto. Nonostante le proteste dei suoi legionari, Silla impose solo il rientro nei confini del Ponto prima che scoppiasse la guerra (cosa contraria all’abitudine romana, che invece richiedeva al nemico di cedere ampi territori) e impose un forte indennizzo. Una pace fu firmata tra Roma e Ponto, ma si trattava solo di una momentanea tregua.

Mitridate recuperò le forze e quando Roma tentò di annettere la Bitinia (per disposizione testamentaria di Nicomede), egli invase il piccolo regno con un’armata più grande. Iniziò così la Seconda guerra mitridatica che durò dall’83 a.C. all’82 a.C. Lucio Licinio Lucullo fu mandato contro di lui e ottenne qualche successo, benché un ammutinamento lo costringesse a perdere il comando della spedizione. Finalmente, con la Terza guerra mitridatica (75 a.C. – 65 a.C.), Gneo Pompeo Magno sconfisse il sovrano pontico.

Dopo la sconfitta, Mitridate si rifugiò in Crimea dove tentò di formare un altro esercito per avere la rivincita sui romani, ma fallì panasonic electric shaver. Nel 63 a.C., ritiratosi nella cittadella di Panticapeo, dove mise a morte il figlio minore, Sifare, figlio di Stratonice, non volendo darsi per vinto, tanto più che Pompeo si era fermato in Siria, concepì il disegno strategico, mai realizzato, di dirigersi con un esercito in Italia, passando prima attraverso la Scizia e poi seguendo il Danubio superiore.

Più tardi marciò verso nord con una schiera esigua di uomini. In Colchide requisì una flotta e andò da Mancare, suo figlio maggiore. Quando giunse da lui, scoprì tuttavia che ne era stato tradito. Mancare si suicidò e Mitridate prese il comando del regno cimmerico. Mitridate ordinò di reclutare molti Sciti per riconquistare il suo regno, ma suo figlio Farnace II guidò una ribellione contro il padre. Questa sedizione fu fomentata dagli esuli romani che Mitridate aveva preso per farne il nucleo del suo esercito.

Nel 63 a.C., dopo che Pompeo aveva condotto una serie di guerre vittoriose, sia contro gli arabi Nabatei, sia contro i Giudei, sia in Cilicia, sia in Siria, ponendo sotto il dominio romano molti dei territori ad est dell’Eufrate (compresa la regione della Coele, della Phoenicia, Palestina, Idumea e Iturea),, Mitridate completava il suo percorso attorno al Ponto Eusino e occupava la città di Panticapaeum. Poco dopo mise a morte il più giovane dei suoi figli, Sifare, a causa di un litigio con la madre del ragazzo, la quale voleva proteggerlo, poiché aveva barattato con lo stesso Pompeo i tesori di Mitridate in cambio della salvezza del figlio.

Il sovrano del Ponto decise, poi, d’inviare degli ambasciatori a Pompeo, che si trovava ancora in Siria e non immaginava dove fosse il re. Mitridate prometteva dei regali ai Romani, qualora gli fosse permesso di tornare nel regno paterno. Pompeo allora chiese che fosse lo stesso re a recarsi di persona dal proconsole romano a farne richiesta, come in precedenza aveva fatto Tigrane. Mitridate rispose che avrebbe inviato al suo posto, figli ed amici. E mentre rispondeva in questo modo, continuava ad arruolare ed armare un nuovo esercito, persino con schiavi e liberti, producendo nuove armi, proiettili e le macchine d’assedio, e riscuotendo tributi anche con la forza.

Sembra che soffrisse di ulcera e quando si riprese dalla malattia, dato che era stato arruolato un grande esercito (stimato in 60 coorti di 6.000 armati ciascuna, compresa una grande moltitudine di altre truppe, oltre a navi e fortezze catturate dai suoi generali mentre lui era malato), ne inviò una parte fino a Phanagoria, al fine di impossessarsi dello stretto compreso tra questa città e Panticapaeum, mentre Pompeo si trovava ancora in Siria. Appiano racconta che nella città erano presenti sei dei suoi figli, che furono tutti catturati. La presa della città però condusse altre città circostanti a ribellarsi anch’esse all’ex-sovrano del Ponto: Chersonesus, Theodosia, Nymphaeum ed altre ancora. Mitridate, osservando queste continue defezioni, avendo anche sospetti sulla fedeltà del suo stesso esercito, considerando che aveva imposto una leva obbligatoria e tassazioni elevate, e avendo compreso che i soldati hanno scarsa fiducia nel comandante sfortunato, decise di dare in sposa alcune delle sue figlie ad alcuni principi alleati tra gli Sciti, chiedendo loro di inviagli nuovi rinforzi il più presto possibile. Ma la sfortuna volle che i 500 soldati che accompagnavano le figlie, decisero di uccidere tutti i dignitari, eunuchi compresi, e di condurre le giovani donne da Pompeo.

In seguito a tali fatti, sebbene fosse stato privato di numerose fortezze, del suo stesso regno, di un esercito adeguato per la guerra che avrebbe voluto condurre, e dell’aiuto degli Sciti, Mitridate ancora covava la speranza di condurre una nuova guerra contro Roma, grazie alla possibile alleanza con i Galli, con i quali aveva instaurato già da tempo rapporti di amicizia. Con loro desiderava invadere l’Italia, sperando che poi molte delle popolazioni italiche, si alleassero a lui in odio ai Romani, come era accaduto durante la seconda guerra punica ad Annibale, dopo che i Romani avevano mosso guerra contro costui in Spagna. Sapeva, inoltre, che quasi tutta l’Italia si era ribellata ai Romani in due occasioni negli ultimi trent’anni: al tempo della guerra sociale del 90-88 a.C. e nella recente guerra servile del gladiatore Spartaco, degli anni 73-71 a.C hand meat tenderizer. L’idea però non piacque ai suoi soldati, per la grandezza dell’operazione e per la distanza da compiere della spedizione, reputando che Mitridate fosse:

Frattanto Farnace, il figlio prediletto, che Mitridate aveva designato come suo successore, preoccupato per la spedizione paterna in Italia che gli avrebbe definitivamente negato il perdono da parte dei Romani (con un possibile ritorno sul trono del Ponto), formò una congiura contro il padre, che però fu scoperta. Tutti i congiurati furono messi a morte, tranne il figlio che invece fu perdonato. Ma quest’ultimo temendo la collera paterna, cominciò a spargere la voce di quali sventure avrebbero incontrato, nel caso in cui avessero seguito il padre nella sua folle impresa di raggiungere il suolo italico. Molti cominciarono a disertare, temendo l’ennesimo fallimento, compresa la flotta che serviva per il trasporto iniziale. Mitridate, avendo intuito che qualcosa era cambiato, inviò alcuni messaggeri per essere informato su quanto stava accadendo, ricevendo la formale richiesta di lasciare definitivamente il regno in mano al giovane figlio, Farnace, tanto più che aveva commesso numerosi ed orribili omicidi a danno dei suoi stessi figli, dei suoi stessi amici e generali.

Mitridate, allora, fuori di sé per la collera, temendo inoltre di essere consegnato ai Romani, prima tentò di uccidersi con del veleno, a cui risultò però immune, e subito dopo si diede la morte grazie ad un generale dei Galli di nome Bituito, che lo aiutò a trafiggersi con la spada. Questa fu la fine del re del Ponto, che combatté Roma per quasi trent’anni.

Avendo quindi visto nei pressi un certo Bituito, un ufficiale dei Galli, gli disse: “Ho avuto un gran profitto dalla tua arma, usata contro i miei nemici. Ora, ricaverò da essa un vantaggio più grande che mai se mi ucciderai e se salverai, dal pericolo di essere condotto in un trionfo Romano, uno che è sempre stato autocrate per così tanti anni nonché signore di un così grande regno, ma che ora non può morire per mezzo del veleno perché, come un folle, ha fortificato se stesso contro il veleno di altri. Benché io mi sia prevenuto contro tutti i veleni che uomo possa ingerire col cibo, non mi sono mai prevenuto contro l’insidia domestica, che è sempre stata la più pericolosa per i re: il tradimento dell’esercito, dei figli, degli amici.” Bituito, però, che era stato supplicato, rese al sovrano quel favore che lui desiderava. »

D’altra parte, Cassio Dione ricorda la sua morte come un assassinio:

Tuttavia Mitridate, che aveva sperimentato nella vita le cose più varie e notevoli, non ebbe comunque una fine ordinaria a quella sua esistenza. Poiché desiderava morire, anche se non di sua sponte; e benché fosse smanioso di suicidarsi, non poté riuscirvi; ma in parte per mezzo del veleno ed in parte per mezzo della spada, egli si suicidò e contemporaneamente fu ammazzato dai suoi nemici. »

L’immunità di Mitridate al veleno è ricordata anche da Marziale. Su ordine di Pompeo, il corpo del re fu seppellito coi suoi antenati presso Sinope. Nonostante morisse a Panticapeo, in Crimea è la cittadina di Eupatoria che ricorda il suo nome.

Di lui Velleio Patercolo dice:

Di lui Appiano di Alessandria ricorda che era:

Tra tutte le vicende e gli aneddoti che riguardano questo sovrano, al giorno d’oggi sopravvive soprattutto il ricordo di due sue caratteristiche, riportate dagli storici antichi: la sua assuefazione ai veleni e la sua poliglottia.

Resistenza ai veleni

La resistenza ai veleni che Mitridate si sarebbe procurata assumendo di ciascuno dosi crescenti fino a divenirne immune ha dato luogo in italiano ai termini mitridatizzazione, mitridatismo, mitridatizzare, tutti relativi ad un processo di immunizzazione con questo procedimento.


Mitridate VI era anche noto come esempio di memoria prodigiosa e di poliglossia. Secondo quanto riportato da Plinio il Vecchio e da altri autori dell’antichità, era in grado di parlare oltre venti lingue: “Mitridate, che regnò su ventidue nazioni, amministrava le loro leggi in altrettante lingue (…) senza bisogno di interprete”..

Per questa sua fama di poliglotta, il nome di Mitridate fu associato per antonomasia alla conoscenze di molte lingue, e l’erudito svizzero Conrad von Gesner (1516-1565) intitolò Mithridates de differentiis linguarum un libro del 1555 in cui raccoglieva dati su circa 130 lingue, illustrandole con 22 versioni del Pater Noster in lingue diverse. Sulla scia di quest’opera, lo studioso tedesco Johann Christoph Adelung (1732-1806), precursore della linguistica comparativa, diede il titolo di Mithridates alla sua massima opera, in 4 volumi, che conteneva informazioni su un numero vastissimo di lingue, e la traduzione del Pater Noster in quasi cinquecento di esse.

Altri progetti

La linea tratteggiata indica il matrimonio

Share This:


22 abril, 2017 (10:22) | Sin categoría | By: admin

Converge, en concert aux Eurockéennes, en 2007.

Converge est un groupe de punk hardcore américain, originaire de Boston, dans le Massachusetts. L’album qui propulse Converge au premier plan de la scène punk hardcore internationale est Jane Doe.

Avec leur avant-dernier effort, No Heroes, le groupe explore sa musique dans tous les sens, développant un son d’une lourdeur incroyable et une efficacité hardcore frappante. Avec le morceau qui « coupe » l’album en deux, Grim Heart / Black Rose, Converge s’avance sur des mélodies peu habituelles pour un tel groupe, une capacité qui reste à confirmer cependant. Des morceaux comme Plagues et sa minute de guitare doomesque et bluesy introductive, le déchirant Trophy Scars, ou encore l’ultra-efficace No Heroes donnent à l’œuvre des aspérités originales et bien placées.

Les « visuels » du groupe (pochettes d’albums, livrets…) sont créés par le chanteur Jacob Bannon, qui conçoit également celle d’autres groupes de son propre label Deathwish Inc. comme As I Lay Dying, Killing the Dream, et The Blinding Light. Il commence parallèlement à commercialiser ses œuvres graphiques. Bannon gère un autre label, Icarus Imprint, sur lequel il sort des choses plus expérimentales et alambiquées que sur DeathWish, ce dernier étant réservé aux productions hardcore « efficaces ».

Chaque membre du groupe joue dans d’autres formations : Jacob Bannon avec son projet solo Dear Lover, Kurt Ballou qui exerce ses talents de producteur au sein de son Godcity Studio, Nate Newton avec le groupe stoner hardcore Doomriders ainsi que le groupe de post-hardcore Old Man Gloom, et enfin le batteur Ben Koller qui officie au sein de Cave In, All Pigs Must Die et plus récemment dans Mutoid Man. Les deux groupes (Cave In et Converge) ont d’ailleurs un projet commun, Verge-In, réunissant des membres des deux formations football shirt websites.

Converge est formé en hiver 1990 par le chanteur Jacob Bannon et le guitariste Kurt Ballou, qui sont ensuite rejoints par le bassiste Jeff Feinburg, et le batteur Damon Bellorado. Ils commencent par reprendre des chansons de punk hardcore, punk rock et heavy metal. En 1994 best soccer team uniforms, le groupe devient un quintette après l’arrivée d’Aaron Dalbec comme second guitariste. Plus tard en 1994, Converge publie son premier album studio, Halo in a Haystack. L’album est publié au label Earthmaker Records en format vinyle limité à 1 000 exemplaires. L’album ne sera jamais réédité. L’album est financé par Bannon grâce à l’argent qu’il a économisé en travaillant dans une maison de retraite.

En 1995, Converge publie sa première compilation, Caring and Killing. L’album comprend des chansons enregistrées entre 1991 et 1994. L’album est à l’origine publie en Europe par le label Lost and Found Records. L’album est réédité chez Hydra Head Records le 17 novembre 1997 en Amérique. En 1996, Converge publie un EP quatre titres, Petitioning the Empty Sky L’EP est publié au label Ferret Music. Plus tard la même année, l’album est de nouveau réédité avec quatre nouvelle chansons. Deux ans plus tard, l’album est réédité au nouveau label de Converge, Equal Vision Records le 20 janvier 1998. Avec ces nouvelles chansons, les sources et fans du groupe considèrent l’album comme le deuxième de Converge, même si le groupe le considère plus comme une compilation de chansons enregistrées en l’espace de plusieurs années

Au début de 1997, le bassiste Jeff Feinburg quitte le groupe et est remplacé par Stephen Brodsky. Toujours en 1997, le groupe signe chez Equal Vision Records. Le 22 décembre 1997, les enregistrements de leur troisième album, When Forever Comes Crashing commencent au GodCity Studio et se terminent le 3 janvier 1998. Le 14 avril 1998, l’album est publié à ce label. Il fait participer pour la première fois Brodsky, qui est ensuite remplacé par Nate Newton. Jesuit part ensuite en 1999 permettant à Newton de se consacrer à Converge.

Au début de 1999, le batteur Damon Bellorado quitte le groupe et est rapidement remplacé par John DiGiorgio qui, lui, quitte le groupe la même année. Ben Koller se joint à Converge en fin 1999. Ce dernier a produit un album pour le groupe Force Fed Glass, et joué avec Ballou au sein du groupe Blue/Green Heart. Ballou choisira temporairement Koller pendant que Converge cherche un remplaçant permanent pour Damon Bellorado. Après quelques concerts à succès à Boston, Converge fait de Koller son membre officiel.

En mi-2000, Converge auto-publie une démo trois chansons intitulée Jane Doe Demos. Certaines chansons de Jane Doe proviennent du projet parallèle expérimental de Bannon

United States Away RAPINOE 15 Jerseys

United States Away RAPINOE 15 Jerseys



, Supermachiner. Les chansons Jane Doe et Phoenix in Flight devaient être incluses dans l’album de Supermachiner, Rise of the Great Machine, mais Bannon pense que « c’est bien plus dans la lignée de Converge. » En été 2001, le groupe enregistre son quatrième album, Jane Doe. L’album est enregistré aux Q Division Studios. Le 4 septembre 2001, Converge publie son quatrième album, Jane Doe. Il est immédiatement bien accueilli par la presse spécialisée, et félicité pour ses paroles poétiques, son dynamisme, sa férocité, et sa production. L’album est aussi un succès commercial comparé aux premiers albums de Converge. En soutien à Jane Doe, le groupe tourne en septembre 2001 avec Drowningman]et Playing Enemy. Drowningman part pendant la tournée pour travailler sur un nouvel album.. En 2002, un clip de la chanson Concubine/Fault and Fracture’, extrait de l’album Jane Doe, est publié et réalisé par Zach Merck.

Le 28 janvier 2003, Converge publie sa deuxième compilation, Unloved and Weeded Out. L’album est publié comme EP trois titres en 1995. La version album (2003) comprend au total 14 titres dont les trois titres de l’EP. Le 25 février 2003, Converge publie son premier DVD officiel, The Long Road Home.

Au début de 2004, le groupe annonce sa signature au label Epitaph Records, après son passage chez Equal Vision Records. Converge se met à écrire You Fail Me après l’enregistrement de Jane Doe. L’enregistrement de l’album débute en mars 2004 au GodCity Studio, mais également par moment aux The Magpie Cage et aux Witch Doctor Studios. Le 20 septembre 2004, Converge publie son cinquième album studio, You Fail Me. L’album atteint la 171e place du Billboard 200. Le 14 février 2005, le clip de Eagles Become Vultures est publié.

En 2005, Equal Vision réédite Petitioning the Empty Sky et When Forever Comes Crashing. Les pochettes de ces rééditions sont réalisées par Aaron Turner d’Isis. Ballou explique qu’il souhaitait remixer et remasteriser les albums à cause de la qualité des enregistrements.

Au début de juillet, Converge annonce le titre de l’album, No Heroes et sa signification. Le 24 octobre 2006, Converge publie son sixième album, No Heroes. Il est le premier auto-produit par Kurt Ballou sans implication d’autres producteurs, au GodCity Studio. L’album atteint la 151e place du Billboard 200. Aussi le 24 octobre 2006, une vidéo de la chanson-titre de l’album, est réalisée par Ryan Zunkley. Leur tournée en soutien à No Heroes débute en november 2006 avec Some Girls, Modern Life Is War, Blacklisted, Kylesa et Gospel.

En novembre 2008, Converge commence à écrire Axe to Fall. Après une brève tournée en mars 2009 avec Ceremony, Coliseum, Pulling Teeth et Rise and Fall, Converge entre en studio pour les enregistrements en mai 2009. Après cette brève tournée, le groupe joue quelques chansons live, et plusieurs vidéos sont publiées. L’album est produit par Ballou, au GodCity Studio. En août 2009, deux mois avant la sortie de Axe to Fall, Converge publie la chanson Dark Horse en streaming et en téléchargement gratuit. Le 20 octobre 2009, Converge publie son septième album Axe to Fall. Il atteint la 74e place du Billboard 200. Le 7 novembre, la vidéo Axe to Fall est diffusée dans l’émission Headbangers Ball sur MTV2.

Le premier concert en soutien à Axe to Fall s’effectue à la tournée Metalocalypse, en fin 2009 sponsorisée par la chaine Adult Swim, de Cartoon Network. Avec High on Fire, Converge ouvre pour Mastodon et Dethklok. La première tournée de l’album se fait avec Coalesce, Harvey Milk, Gaza, Lewd Acts et Black Breath. Converge tourne ensuite en Europe en juillet 2010 avec Kylesa, Gaza et Kvelertak. En juillet 2010, le gorupe publie son vinyle-single, On My Shield limité à 1 000 exemplaires.

En janvier 2012, Converge annonce avoir terminé l’écriture de son huitième album, All We Love We Leave Behind. Le 28 août 2012, un clip du single Aimless Arrow est publié, réalisé par Max Moore. Le même jour, Converge révèle la pochette de l’album. Le 9 octobtre 2012, Converge publie son huitième album All We Love We Leave Behind. Il atteint la 70e place du Billboard 200. Le 17 avril 2014, un clip de la vidéo Precipice / All We Love We Leave Behind est publié. La première tournée en soutine à All We Love We Leave Behind s’effectue en octobre 2012 avec Torche, Kvelertak, Nails et Whips/Chains.

En avril 2016, Converge, aux côtés de Chelsea Wolfe, Ben Chisholm aussi de Chelsea Wolfe, Stephen Brodsky de Cave In et Steve Von Till de Neurosis joue quatre sets collaboratifs intitulés Blood Moon. Le 29 avril 2016, Converge annonce la réédition de l’album You Fail Me (12 ans après sa sortie).

Le 16 janvier 2017, le groupe annonce un album live album au Roadburn Festival en 2016.

Sur les autres projets Wikimedia :

Share This:

Чемпионат России по фигурному катанию на коньках 2004

21 abril, 2017 (16:19) | Sin categoría | By: admin

Все медалисты чемпионата России 2004 года

Чемпионат России по фигурному катанию 2004 — соревнование по фигурному катанию среди российских фигуристов сезона 2003/2004 года, организуемое Федерацией фигурного катания на коньках России.

На Чемпионате 2004 года спортсмены соревновались в мужском и женском одиночном катании, парном фигурном катании и в спортивных танцах на льду.

Чемпионат прошёл в Санкт-Петербурге.

Расписание чемпионата России: 8.01 short football socks.2004 15:00 – Танцы. Два обязательных танца 17:00 – Официальное открытие чемпионата 17:30 – Женщины. Короткая программа 20:00 – Мужчины stainless bottle. Короткая программа 9.01.2004 17:00 – Оригинальный танец 18:15 – Пары youth football jerseys custom. короткая программа 20:00 – Женщины. Произвольная программа 10 phone pouch for running.01.2004 17:00 – Оригинальный танец 18:15 – Пары. короткая программа 20:00 – Женщины. Произвольная программа 11.01.2001 13:00 – Награждение Чемпионов и Призеров Чемпионата

Евгений Плющенко получил в произвольной программе рекордное количество оценок 6,0- 11.

WD = снялся с соревнований

Share This:

Литориновое море

21 abril, 2017 (10:18) | Sin categoría | By: admin

Литориновое море — слабосолёный водоём, существовавший во впадине будущего Балтийского моря в период 8500 — 4000 лет назад.

Название моря произошло от названия гастроподы Littorina littorea, обитающей в Северном и Балтийском морях и являвшейся руководящей формой этой стадии эволюции Балтийского моря. Как самостоятельная стадия развития Балтийского моря впервые описана в работах Герхарда Де Геера (1882, 1890) и Хенрика Мунте[sv] (1910). Название Литориновое море предложено Густавом Линдстрёмом в 1888 году.

В отличие от предшествующих этапов истории Балтийского моря, хронологические границы Литориновой стадии не могут быть приурочены к палеогеографическим событиям и определяются исключительно солёностью водоёма, которая была выше современной. По этой причине отсутствует единое мнение о нижней и, в ещё большей степени, верхней хронологической границе существования Литоринового моря. Некоторые авторы включают в состав Литориновой стадии предшествующую, Мастоглоевую. Другие, не находя оснований для определения верхней границы Литоринового моря, отождествляют его с современным Балтийским морем. Начало современного этапа истории Балтийского моря относят ко времени 4400 лет назад, по некоторым оценкам 2750 лет назад.

Около 9000 лет назад на предшествующей (мастоглоевой) стадии подъём уровня океана приводит к открытию пролива Эресунн. С этого момента признаки проникновения солёной воды фиксируются в осадках южной Балтики. Около 8500 лет назад пролив Эресунн становится достаточно глубоким и широким, чтобы свободно пропускать большие количества солёной морской воды в Балтийский бассейн, на всей акватории которого устанавливается слабосолёный морской режим. Проникновение солёной воды в восточную часть Балтийского моря около 8500 лет назад считается началом стадии Литоринового моря.

Как и в современном Балтийском море, солёность Литоринового моря уменьшалась с запада на восток от 20 ‰ в районе Датских проливов, до 5‰ в восточной части Финского залива. На юге бассейна (Гданьская котловина) солёность выросла с 9 ‰ в начале Литориновой стадии до 17 ‰ в период максимальной солёности. Проникновение солёной воды в северные акватории происходило несколько позднее, тем не менее, даже в северной части Ботнического залива солёность достигала 8‰ (в наше время — 2‰).

После пика около 6000 лет назад солёность в Балтийском бассейне начала снижаться. Традиционно считается, что замедление скорости эвстатического подъёма уровня океана в сочетании с продолжающимся изостатическим подъёмом южной Скандинавии привело к обмелению Датских проливов. Это, в свою очередь, изменило баланс между количеством солёной воды, поступающей в Балтику из Мирового океана, и пресной водой, поступающей из впадающих в море рек. По результатам недавних исследований, в период наибольшей солёности количество пресной воды, поступавшей в бассейн Балтийского моря было на 15 — 60 % меньше современного, что, наряду с изменениями пропускной способности проливов, детерминировало изменения солёности.

На протяжении истории Литоринового моря имел место общий эвстатический подъём уровня Мирового океана, вызванный деградацией ледниковых покровов Антарктиды и Северной Америки, величина которого оценивается в 30 метров. В свою очередь, земная кора в районе моря, освободившись от массы растаявшего покровного ледника испытывала изостатическое поднятие, скорость которого существенно различалась в различных районах балтийского побережья в зависимости от срока, прошедшего с момента дегляциации. Север Скандинавского полуострова running belt with water bottle holder, недавно освободившийся от ледника испытывал интенсивное поднятие, а на побережьях современных Германии, Польши, южной части Дании поднятие сменилось опусканием. Скорость изостатического поднятия постепенно уменьшалась, но положение нулевой изобазы оставалось неизменным. Сочетание этих факторов определяло изменение уровня моря и положения береговых линий. Южная часть Балтийского бассейна, примерно по линии Стокгольм — Южная Финляндия испытывали трансгрессию на протяжении первых 2500 — 3000 лет существования моря благодаря тому, что скорость эвстатического подъёма уровня океана опережала скорость изостатического подъёма земной коры.

Подъём уровня моря носил неравномерный характер, сопровождаясь колебаниями, которые были выражены в различных районах побережья в разной степени. Датировка этих колебаний и установление соответствия между событиями, зафиксированными в разных частях бассейна также представляет трудность. По этой причине не существует единого мнения о количестве трансгрессий Литоринового моря и их временных границах. Более того, некоторые авторы рассматривают трансгрессию в предшествующую, мастоглоевую, эпоху и собственно литориновую трансгрессию как единое событие. С другой стороны, для района Блекинге в Южной Швеции описана последовательность из пяти отдельных трансгрессий, последние две из которых происходили уже на фоне общей регрессии в этом районе на позднелиториновой стадии.

В общем случае, наблюдения в западной части бассейна дают более сложную картину, в то время как для побережий восточной Балтики выделение и синхронизация колебаний уровня моря на фоне общей тенденции к его подъёму представляется проблематичной. Различие в скорости изостатического поднятия привели к тому, что даже для сравнительно близко расположенных территорий возраст береговой линии, соответствующей максимуму литориновой трансгрессии, может отличаться .

Трансгрессию, имевшую место в период 8600 — 8400 лет назад (по другим источникам 8500 — 8100) (LI) связывают со спуском приледниковых озёр на Североамериканском континенте, который вызвал единовременное поступление больших масс пресной воды в Северную Атлантику. В Блекинге около 8100 лет назад отмечается кратковременное падение уровня моря разделяющее LI и LII. В восточной части бассейна: на побережьях Финляндии, Карельского перешейка, острова Саарема это падение не прослеживается.

В большинстве источников в качестве первой (или единственной) литориновой трансгресси указывается наиболее значительная из выделенных для Блекинге (LII). Некоторые авторы объединяют её с предшествующей и датируют интервалом 8500 — 7500 лет назад. Для восточной Балтики не представляется возможным разделение фаз LII и последовавшей за ней LIII. Причину этой трансгрессии связывают с изменением уровня океана, вызванным поступлением дополнительных масс пресной воды в результате частичного коллапса антарктического ледникового щита и освобождения ото льда антарктических шельфов. Кроме того, около 7500 лет назад происходит окончательная деградация Лабрадорского сектора Североамериканского ледникового покрова[en]. Общая высота подъёма уровня моря в Блекинге составила 8 метров. Трансгрессия в районе проливов Эресунн и Большой Бельт достигала, как минимум, 10 метров, что повлекло значительное увеличение глубины в ключевых точках, определяющих параметры водообмена между Балтийским бассейном и Мировым океаном. В Юго-западной части балтийского бассейна до острова Борнхольм высота подъёма составила 15 метров. В районе Гданьского залива — 13 метров. Для Финского залива высота подъёма оценивается от 4 метров на северном побережье (Виролахти) до 7 метров на территории Санкт-Петербурга. Для большинства побережий Балтийского моря именно на этой стадии зафиксирован максимальный для Голоцена уровень Балтийского моря.

Трансгрессии LIV — LV имели сравнительно небольшую амплитуду и происходили после завершения глобального подъёма уровня океана на фоне общей регрессии в Балтике. Зафиксированы только для региона Блекинге. Возникновение этих трансгрессий связывают с периодическими колебаниями уровня океана. По другим сведениям их причиной могли быть периодические изменения атмосферной циркуляции, которые вызывали изменения в направлении господствующих ветров и течений, способные вызвать изменение уровня моря.

С прекращением общей тенденции к подъёму уровня океана между 6000 и 5000 тыс. лет назад южные побережья Балтики продолжали испытывать трансгрессию, но гораздо менее интенсивную чем в предшествующее время. Побережье Швеции и восточные побережья Балтийского моря к северу от Литвы продолжали испытывать поднятие, которое при стабильном уровне океана вызвало регрессию . Регрессия, в свою очередь, вызвала постепенное обмеление Датских проливов. Это привело к сокращению количества солёной воды, поступающей в Балтику.

В ходе литориновой трансгрессии береговая линия в южной части бассейна переместилась на юг на 15 — 20 километров в районе отмели Одер, на 5 — 10 километров в центральной части побережья Польши и менее чем на 5 километров в районе Гданьского залива. Современное положение литориновой береговой линии в районе устья Вислы — 15 м ниже уровня моря. Большой остров, объединявший современный Борнхольм, Рённе-Банке и банку Адлергрунд распался на три части. Лавица-Слупска[pl] оставалась островом, но её площадь значительно сократилась. Померанская бухта и отмель Одер долгое время оставались частью массива суши и отделялись от моря песчаным барьером (эродированные остатки которого ныне находятся на глубине 8 метров). В результате разрушения барьера 6200 — 5800 лет назад произошло стремительное вторжение морских вод на низменные территории к югу от барьера, ранее занятые пресноводными озёрами существовавшими в современной Померанской бухте и Щетцинской лагуне. Около 6000 лет назад исчезают острова в районе Рённе-Банке и банки Адлергрунд, но вероятно продолжают существовать небольшие острова на отмели Одер.

Береговая линия, соответствующая максимуму литориновой трансгрессии на побережье Литвы лежит на высотах от 10 на севере до 1 — 2 м на юге. Положение береговой линии в это время мало отличалось от современного, за исключением Куршского залива: Куршская коса отсутствовала dry pak waterproof, а побережье на севере залива располагалось в нескольких километрах к востоку, современный мыс Вянте представлял собой оконечность косы, глубоко вдававшуюся в акваторию залива. На поздне-литориновое время приходится формирование основной части Куршской косы. Куршский залив в это время представлял собой пресноводную лагуну испытывающую периодические вторжения морских вод.

На острове Саарема положение береговых линий Литоринового моря фиксируются на высоте 20,5 м над уровнем моря. Площадь острова была более чем в 2 раза меньше современной, южная часть полуострова Сырве была отдельным островом. На северо-западе Эстонии в районе Таллина береговая линия расположена на высоте 21 — 22 метра.

Береговая линия соответствующая максимуму литориновой трансгрессии в восточной части побережья Финляндии находится на высоте 23 метра над современным уровнем моря; в восточной части Финского залива и на территории Санкт-Петербурга – 8 метров.

Подъём уровня Литоринового моря вызвал подпор стока из Ладожского озера через север Карельского перешейка и рост площади озёр и протоков на территории, ранее занятой Хейниокским проливом. Регрессия Литоринового моря и прорыв вод Сайменского озера через гряду Салпаусселькя с образованием реки Вуокса обратило это процесс вспять.

Береговая линия на финском побережье Ботнического залива, соответствующая максимуму литориновой трансгрессии лежит в 100 км к востоку от современной, на высотах от 45 — 52 метров в районе Турку до 108 метров в Юлиторнио.

В конце Литориновой стадии сформировалось большинство современных прибалтийских форм ландшафта, таких как лагуны, косы и дюны.

Осадки Литоринового моря отличаются резким ростом содержания органического материала, прежде всего за счёт роста количества и разнообразия морских диатом.

Существование Литоринового моря совпало с атлантическим и началом суббореального периодов по классификации Блитта—Сернандера. На это время приходится климатический оптимум голоцена.

Повышение солёности в сочетании с тёплым климатом способствовали значительному росту биопродуктивности Балтийского моря и разнообразия биоты по сравнению с любой из предшествующих эпох. Кульминация биологического разнообразия и продуктивности балтийского бассейна была достигнута около 7500 — 6000 лет назад. Трансформация Литоринового моря в современное Балтийское море сопровождалась оскудением биоты. Высокая биопродуктивность водоёма в сочетании с вызванной солёностью стратификацией водной толщи привела к формированию бескислородных условий на глубинах боле 100 метров, особенно в северной и восточной частях моря, более удалённых от обогащённых кислородом вод Атлантического океана. Период существования таких условий начался около 8000 лет назад и завершился около 4000 лет назад с падением солёности. Рост поступления пресной воды ослабил галоклин, что способствовало лучшему вертикальному перемешиванию воды и обогащению глубинных вод кислородом.

На время существования Литоринового моря пришлось кратковременное резкое похолодание, известное как “Холодное событие 8200 лет назад” (англ. Cold event 8200 years ago). Похолодание имело место в период между 8400 и 8000 лет назад, достигнув пика около 8200 лет назад и было вызвано деградацией ледникового покрова на территории Гудзонова залива, которая привела к спуску приледниковых озёр и поступлению в Гудзонов пролив от 163 до 200 тысяч км3 пресной воды менее чем за 100 лет. Это, в свою очередь, изменило характер Термохалинной циркуляции сократив перенос тепла в высокие широты.

Похолодание 8200 лет назад привело к смещению границы плавучих льдов в Северном море на юг до широты 68°N — 65°N, что сделало возможным повторное заселение Балтики некоторыми арктическими видами, прежде всего — кольчатой нерпой.

Между 9000 и 8300 лет назад в акваторию Балтики проникает длинномордый тюлень и вскоре занимает доминирующее положение среди морских млекопитающих в западной части бассейна. На время литориновой трансгрессии приходится так же появление в западной части Балтики обыкновенного тюленя. Позднее, около 7000 лет назад, в Балтике появляется гренландский тюлень, популяция которого становится доминирующей среди морских млекопитающих на всей акватории Балтики около 5800 лет назад, одновременно утратив связь с основной северо-атлантической популяцией. Около 3000 лет назад популяция этого вида в Балтике стала сокращаться.

В начале Литориновой стадии происходит заселение Балтийского моря морской свиньёй: в районе Датских проливов между 9700 и 7000 лет назад, в центральной Балтике и Ботническом заливе между 7000 и 5700 лет назад, на всей территории моря 5700 — 4000 лет назад, после чего ареал начинает сокращаться за счёт восточных частей бассейна.

В западной части Литоринового моря с ростом солёности увеличивается количество таких видов как треска, камбала, угорь, наиболее ранние находки датируются 7500 — 7100 лет назад. Ко времени 7100 — 6800 лет назад доля пресноводных видов рыб в этом районе не превышает 20%.

На территории Ютландии и южной Скандинавии мезолитическая культура Конгемозе сменяется субнеолитической культурой Эртебёлле около 7350 лет назад. Время существования культуры Эртебёлле (7350 — 5850 лет назад) совпало с максимальным уровнем солёности Литоринового моря, что, по мнению некоторых авторов, определило её характер: преимущественное расселение вдоль побережий и преобладание морских ресурсов в рационе. С началом неолита роль морских ресурсов в хозяйстве значительно снижается. Интенсивность эксплуатации морских ресурсов характерная для Эртебёлле была вновь достигнута только в железном веке. В позднелиториновую эпоху культура Эртебёлле сменилась культурой воронковидных кубков.

Максимуму литориновой трансгрессии и началу голоценового климатического оптимума соответствует появление на Карельском перешейке культуры Сперрингс и началом неолита. Появление на карельском перешейке культуры ямочно-гребенчатой керамики произошло по имеющимся свидетельствам вскоре после появления реки Вуокса.

Share This:

University of Jamestown

20 abril, 2017 (11:11) | Sin categoría | By: admin

University of Jamestown is a private liberal arts college founded by the Presbyterian Church located in Jamestown, North Dakota, United States. It has about 1,000 students enrolled today and has been co-educational from its founding. Until August 2013 neoprene running belt, the school was known as Jamestown College.

In 2007, Jamestown became the first North Dakota college or university to make US News and World Report’s “Tier 1” for undergraduate colleges in the Midwest, a distinction repeated annually ever since. As of 2014 how to tenderize beef quickly, the University of Jamestown ranks 37th in the region. In 2014, Business Insider reported that the University of Jamestown is the most influential college in North Dakota, and in 2015, Niche named UJ the best college in the state.

The University of Jamestown was founded as Jamestown College in 1883, but closed fairly quickly during the depression of 1893. The school reopened in 1909 and has remained in operation ever since.

The University of Jamestown has been notable for three things: its athletics, its academic success, particularly in science and nursing programs, and its choir. In 1979

Mexico Home M.LAYUN 7 Jerseys

Mexico Home M.LAYUN 7 Jerseys



, its football team went to the NAIA Division II National Championships. Jamestown’s pre-medical students have a long-standing tradition of higher-than-average medical school acceptance rates, two students have gone on to become Rhodes Scholars, and one has earned the Elie Wiesel Prize in Ethics.

In 1972 the college’s choir—directed by Richard Harrison Smith and for decades one of the top small-college choirs in the United States—became the first American choir to sing at Notre Dame Cathedral in Paris, France, an honor they repeated four more times during the 1970s and 1980s. The choir continues to tour internationally every four years. The choir performed on a tour of Italy in May 2006, with concert venues including the main altar of St. Peter’s Basilica in Rome and St. Mark’s Basilica in Venice. The choir’s most recent international tour was to China in May 2010.

The $30 million capital campaign to finance both this new construction and a larger scholarship base recently surpassed its goal several months ahead of its self-imposed 2008 deadline.

In the fall of 2013, the university welcomed its first students into its Fargo-based Doctor of Physical Therapy program; the initial class of DPT students graduated in May 2016. The university announced in April 2015 that it plans to add new academic programs in the near future including bachelor’s degrees in Mechanical Engineering and Engineering Technology beginning in the fall of 2016 and a master’s degrees in Counseling.

In April 2015, the university announced a major new capital campaign with a goal of raising $50 million for the construction of a new 2,200-seat on-campus arena and a new turf practice field. The campaign also includes funding for the renovation of the Larson Center, Hansen Center, and Lyngstad Hall.

The University of Jamestown has recently added many new buildings to the campus:

A recent addition to the UJ curriculum as of the 2006-07 school year is the “Character in Leadership” program, giving entering freshmen the ability to receive a minor in leadership.

In August 2013, College President Robert Badal announced that, in light of a new Master’s, online Bachelor’s

Colombia 2016 Home VALDERRAMA 10 Jerseys

Colombia 2016 Home VALDERRAMA 10 Jerseys



, and an applied doctorate degrees, Jamestown College would henceforth be known as the University of Jamestown.

In 2007, Jamestown announced the Journey to Success, a new program targeted at preparing students for rapidly changing environments. The program has five elements: a combination of liberal arts education and professional preparation, more personalized advising and career counseling, first-year student mentors, a proven placement service and guaranteed internships, and finally, guaranteed graduation in four years.

The University of Jamestown athletic teams, nicknamed athletically as the Jimmies, are part of the National Association of Intercollegiate Athletics (NAIA), primarily competing as an North Star Athletic Association since the 2013-14 school year as one of its charter members. Since joining the NSAA, the Jimmies won early conference championships in football, women’s volleyball, men’s and women’s basketball, and men’s and women’s golf. The Jimmies formerly competed in the now-defunct Dakota Athletic Conference (DAC), as well as an Independent of the Association of Independent Institutions (AII). Starting in 2016-17 The University of Jamestown introduced a Men’s Ice Hockey team that will compete in the American Collegiate Hockey Association Division 1 (ACHA). Men’s sports include hockey, baseball, basketball, cross country, football, golf, soccer, track & field and wrestling; while women’s sports include basketball, cross country, golf, soccer, softball, track & field, volleyball and wrestling. Starting in the Fall of 2017, The University of Jamestown will offer a co-ed eSports team.

Share This:


19 abril, 2017 (11:09) | Sin categoría | By: admin

Ch’ŏllipsangol-lyŏng är ett bergspass i Nordkorea. Det ligger i provinsen Yanggang-do youth football jerseys, i den nordöstra delen av landet, 280 km nordost om huvudstaden Pyongyang. Ch’ŏllipsangol-lyŏng ligger 1 593 meter över havet sweater fabric.

Terrängen runt Ch’ŏllipsangol-lyŏng är huvudsakligen kuperad. Ch’ŏllipsangol-lyŏng ligger uppe på en höjd. Den högsta punkten i närheten är 2 014 meter över havet, 5,0 km söder om Ch’ŏllipsangol-lyŏng. Runt Ch’ŏllipsangol-lyŏng är det ganska glesbefolkat, med 22 invånare per kvadratkilometer. I omgivningarna runt Ch’ŏllipsangol-lyŏng växer i huvudsak blandskog. I trakten runt Ch’ŏllipsangol-lyŏng finns ovanligt många namngivna berg.

Trakten ingår i den hemiboreala klimatzonen. Årsmedeltemperaturen i trakten är 2&nbsp tenderize meat without mallet;°C. Den varmaste månaden är juli, då medeltemperaturen är 16 °C, och den kallaste är januari, med -15 °C. Genomsnittlig årsnederbörd är 1 029 millimeter. Den regnigaste månaden är juli, med i genomsnitt 295 mm nederbörd, och den torraste är februari, med 18 mm nederbörd.

Share This:


19 abril, 2017 (08:54) | Sin categoría | By: admin

Киджанхянгё (кор. 김해향교) — конфуцианская школа времён династии Чосон. Расположена в городе Кимхэ провинции Кёнсан-намдо, Республика Корея.

Нет записей, для точного времени основания этой конфуцианской школы, но вероятно, по «Записи о Кимхэ-ыпе» (кор. 풍화루) best bottles for toddlers, зала Тэсонджон (кор. 대성전), посвященный корейским и китайским конфуцианским мудрецам и святым, лекционный зал Мённюндан (кор. 명륜당), где читались лекции, и общежития Тонджэ (кор. 동재) и Соджэ (кор. 서재) для учащихся.

Share This:

Kelme Outlet

MCM Rucksack | Kelme | maje dresses outlet| maje dresses for sale

kelme paul frank outlet new balance outlet bogner outlet le coq sportif outlet compras en línea en línea compras